Американские корабли практически безоружны

Последние события с авариями двух эсминцев ВМС США DDG-56 «Джон С. Маккейн» и DDG-62 «Фицджеральд» вновь резко подняли интерес к вопросу о реальной боеспособности американского флота. Уже очевидно, что у него есть огромные проблемы с качество личного состава. А между тем еще большие проблемы у него с системами вооружений. Ударное оружие будущего, на которое сделал ставку Пентагон в 1990-х, так и не было создано, но стремление его получить заставило забыть американских адмиралов об оружии настоящего, и теперь американский флот вооружен давно устаревшими образцами противокорабельных ракет, эффективность которых, благодаря развитию систем ПВО/ПРО быстро стремится к нулю.

Почему же многочисленный флот США сегодня должен бояться гораздо более слабых противников, нежели Россия и Китай, и кто виноват в таком положении вещей? Выводы мы сделаем в конце статьи, а пока давайте разберемся.

Что приносит победу в сражении? Оружие. У кого оно лучше, то есть мощнее, точнее и неуязвимее (в случае ракет), тот имеет гораздо больше шансов выиграть сражение. Есть еще боевой дух, но это больше подходит к сражениям сухопутным, а морской бой сегодня на 90% технологический. В море часто от небольшого технического преимущества результат сражения зависит на все 100%. Сегодня в большинстве случаев, первое же попадание противокорабельной ракеты в корабль (если при этом одновременно не был поражен противник), делают его шансы на выигрыш всего сражения равными нулю. Сами же сражения при этом скоротечны. Кто первый смог пробить оборону противника, тот и выиграл.

Ракеты или артиллерия

Вторая мировая война, казалось, поставила крест на будущем корабельной артиллерии. Развитие авиации привело к тому, что часто главный калибр линкоров и крейсеров просто не успевал открыть огонь до того момента, когда участь сражения была уже предрешена. Авианосец и береговая авиация стали главной ударной силой флота, а крейсера и эсминцы, казалось, окончательно сошли на вторые роли в качестве кораблей эскорта.

Все изменила арабо-израильская война 1967-70 гг. 21 октября 1967 года в районе дельты Нила четырьмя ракетами П-15 «Термит», запущенными с египетских катеров проекта 183-Р был потоплен израильский эсминец «Эйлат». Этот бой дал толчок очередной революции в военно-морском искусстве. Почему так вышло? Дело в том, что одновременно с эффективным применением противокорабельных ракет (ПКР), во Вьетнаме была показана эффективность работы зенитных ракетных комплексов (ЗРК), что сразу же во многом нивелировало преимущество авиации на поле боя. Настало время ракет. Правда уже в войне «Судного дня» Израиль показал и слабые места ПКР первого поколения, когда во время морской битвы при Латакии все 54 египетские ПКР «Термит» были уведены в сторону средствами РЭБ.

С тех пор на протяжении почти 50 лет идет непрекращающаяся борьба между разработчиками противокорабельных ракет и противоракетчиками, которая очень напоминает собой борьбу между артиллерией и броней в конце XIX — начале ХХ веков.

К 1990-м, на фоне успехов в создании управляемых артиллерийских снарядов, в США возникла идея. Она заключалась в следующем. Использовать для разгона снаряда не традиционную энергию пороховых газов, а магнитное поле (рельсотрон). Это позволило бы разогнать снаряд значительно сильнее, что дало бы не только прирост дальности выстрела, но и точности и разрушительной мощи снаряда.

Причем самоуверенность американских инженеров и адмиралов была столь высока, что возникла идея перевооружить кораблями с рельсотронами значительную часть флота. Главный калибр (2 пушки) проектируемого американского эсминца «Зимволт» должен был забрасывать 155 мм снаряды на дальность до 200 км (а в перспективе и далее). Сбить такие снаряды никакими даже перспективными системами ПРО/ПВО было бы конечно невозможно и новый американский корабль (была запланирована серия из более чем 30 единиц) должен был стать своеобразным «дредноутом» XXI века.

Идея в теории была хороша, как и многие «прорывные» американские разработки, но ее провалила реализация. Орудие так и не было создано, а семейство «Зимволтов» сократили до трех единиц, и то только потому, что все они уже были заложены и просто разобрать корабль на стапеле, на котором американские адмиралы отмыли не одну сотню миллионов долларов, ни у кого не поднялась рука. Дальнейшая судьба этих кораблей быть подопытными кроликами в руках богатых на выдумку американских изобретателей.

В результате этого провала, Конгресс США вынужден был ассигновать деньги на строительство очередных серий старого доброго «Орли Берка». Но тут американский флот столкнулся с другой очень большой проблемой. Увлечение рельсотроном оставило их без современного ударного вооружения. Разработка противокорабельных ракет в США была заброшена, а старые образцы уже не годились для современной войны. Их в реальной боевой обстановке сегодня ждала бы судьба египетских «термитов».

Достаточно вспомнить, как «потерялось» большинство американских «Томагавков», запущенных в апреле 2017 года по Сирии.

И проблему начали устранять просто авральными методами, причем за неимением лучшего в американском флоте появились очень экстравагантные проекты.

Когда у США появится нормальные ракеты

До конца 1980-х в ВМФ США все было относительно неплохо. На вооружении состояла принятая еще в 1960-х годах ПКР AGM/RGM/UGM-84 «Гарпун». Версии тех лет, хотя и летали на дозвуковой скорости, но имели неплохую помехозащищенную головку самонаведения, а потому ракеты, в особенности в случае массового применения, были грозным оружием в руках американских моряков.

Но в 1990-х американские ВМС, по описанным выше причинам, утратили интерес к дальнейшей модернизации этой ракеты. Слишком очевидными были ее недостатки, ракета легкого класса, с дозвуковой скоростью полета, имеющая малый вес БЧ, была слишком уязвимой для новых систем ПВО/ПРО вероятного противника — и никакие модернизации уже не могли решить этих проблем. А разрабатывать принципиально новый тип ракеты считалось неразумной тратой средств.

Час прозрения для американских адмиралов наступил в 2008 году, когда стали очевидными первые проблемы с рельсотроном. Именно тогда был выдан заказ на разработку новой версии «Гарпуна», способного подобно советским/российским ПКР интеллектуально атаковать противника, заходить повторно на второй круг. Но оставались вопросы низкой скорости полета, а значит и ее уязвимости на подлете к цели, которые принципиально решить уже было невозможно. Но вариантов не было и ракета АGM/RGM-84N была принята на вооружение в 2017 году.

Есть и еще один недостаток у ПКР «Гарпун». В следствии своих конструктивных особенностей, она не может стартовать из штатной американской УВП Мк-41. Именно поэтому на первых сериях эсминцев «Орли Берк» ставили 2*4 установки под эти ракеты. С последних сериях их уже не монтировали, что говорит об отношении самих американцев к «эффективности» этого типа ракет.

Итак, с легкой дозвуковой американской противокорабельной ракетой все понятно. Сегодня это уже «вчерашний день флота» и считаться эффективным оружием она уже не может.

Но была у США и своя тяжелая ПКР. Сегодня мало кто помнит, что одна из первых версий КР «Томагавк» выпускалась именно в противокорабельном варианте. Имея вдвое более мощную головную часть и гарпуновскую головку самонаведения, она… была еще более неповоротливой и уязвимой для систем ПРО кораблей, а потому еще в начале 1990-х все ракеты этой модификации пошли в утиль.

Как и в случае с ПКР «Гарпун», осознав всю перспективную беззащитность своего флота в обозримом будущем и излечившись от «рельсомании» к концу 2000-х ВМС США вернулись к разработке дальнобойной тяжелой ПКР.

Первоначально ракета AGM-158 LRASM, разрабатывалась в двух вариантах, традиционном для США, дозвуковом и сверхзвуковом, как у «вероятного противника».

Правда со вторым вариантом дело у них так и не заладилось, а потому формулировку «технологические риски при разработке сверхзвуковой противокорабельной ракеты излишне высоки» надо понимать так, «ну не смогла я». Это заставило американских инженеров сконцентрироваться только на разработке дозвукового варианта ракеты. И они пустились во все тяжкое и в итоге получили фактически ту же КР «Томагавк», но в новом, красивом и «незаметном» корпусе.

Во сколько раз она при этом будет дороже, мы узнаем позже.

Правда, очень трудно понять, зачем все это ракете, движущейся на предельно малой высоте 5м. Когда она выйдет из-за радиогоризонта (20-30 км), ее малозаметность уже не играет никакой роли, а дозвуковая скорость и массивность, делают ее очень легкой добычей для систем ПРО вероятного противника.

Тем не менее, видимо за неимением лучшего сейчас идут испытание ракеты и уже в следующем году ее должны принять на вооружение американских ВМС.

И тем не менее у американских флотоводцев, понимающих, в кукую лужу они сели со своим рельсотроном и пренебрежением к ракетным технологиям, будет своя сверхзвуковая ПКР. Ее делают на базе зенитной ракеты SМ-2 «Стандарт». Одна из новых ее версий SM-6, помимо штатного варианта зенитного, создается и в противокорабельном виде. Наконец-то американские корабли получат свою ракету приемлемой дальности (до 400 км по высокой траектории) и маневренности (до 3М). Правда ценой здесь будет БЧ, весом всего чуть более 100 кг и уязвимость, так как даже такая скорость сегодня уже не является гарантией поражения кораблей противника.

Итак, подытожим. Сегодня в США, осознав провалы в разработке систем вооружений на новых физических принципах, аврально пытаются сократить отставания по ударным (и зенитным кстати тоже) ракетам. Времени уже нет, так как новые противокорабельные ракеты российского производства уже достаточно сильно «расползлись» по всему миру и дальнейшее пренебрежение этими системами способно резко снизить боевую устойчивость американских эскадр даже в условиях локальных конфликтов.

Российский противокорабельный гиперзвук

А теперь давайте разберемся с главным калибром российских ВМС. Россия пошла по пути развития успешных советских проектов противокорабельного оружия, пытаясь внедрить в его образцы последние достижения науки и техники.

Легкий класс ПКР на сегодня представлен ракетой 3М-54 и 3М-54-1 универсального комплекса «Калибр». Правда, легкими (при весе около 2 тонн) их можно назвать только по российской классификации, где вес «тяжелых» ракет составляет примерно 4 тонны.

Например американский «Гарпун» вообще весит менее тонны.

По массо-габаритным и техническим характеристикам 3М-54-1 близок к ПКР AGM-158 LRASM американского производства.

Уходить в меньшие веса российские производители ракет считают нецелесообразным в виду малой эффективности этих изделий.

Второй основной ПКР ВМФ РФ являются ракеты «Оникс». Эта ракета продолжение развития хорошо зарекомендовавшей себя ракеты «Москит». Российские разработчики совместили (и расширили) в новом изделии функционал «Гранита» и летные характеристики «Москита» и получили очень хорошую ракету, способную «роем» (групповое использование с функцией распределения целей и возможностью совершения обманных маневров у цели) прорывать оборону вероятного противника (АУГ ВМС США).

Дальнейшим развитием этого класса ракет, станет ракета «БраМос». Фактически те же характеристики по дальности и весу БЧ российским и индийским разработчикам удалось «втиснуть» в меньшие массо-габаритные характеристики (до 3 тонн в корабельном варианте и 2 тонны в авиационном).

Дальнейшее развитие этого класса ракет подразумевает освоение гиперзвуковых скоростей (до 5М). Разработка ракеты «БраМос-2» по данным СМИ продолжается, но когда ракета выйдет на испытания, пока не известно. Возможно, это уже не будет иметь большого значения, так как у России уже очень скоро появится мощное, и неуязвимое противокорабельное оружие…

Сегодня уже проходит испытания гиперзвуковая ПКР «Циркон», способная лететь со скоростью до 9М. Естественно полет на такой скорости возможен только на высоких траекториях (до 30-40 км) и это дает российским ракетам и их носителям ряд очень важных преимуществ.

Во-первых система ПРО американских кораблей на основе ракеты SM-6 просто не способны бороться со скоростными и маневрирующими ракетами на таких высотах. Время полета «Циркона» до цели составляет примерно 2 минуты, что не позволяет цели уйти из заданного квадрата и позволяет головке самонаведения российской ракеты точно прицелиться на конечном участке траектории. Далее пикирование на скорости 9М с высоты 30 км практически не дает шансов штатным системам ПРО кораблей ВМС США на них среагировать, что превращает морской бой в игру практически в одни ворота.

Выводы

Понятно, что «Цирконы» в ближайшее время будут состоять на вооружении только российских ВМС. Но даже «Ониксы» (в экспортной версии «Яхонты»), «БраМосы» и «Калибры» много лучше современных американских ударных противокорабельных систем. Растиражированные сотнями и тысячами экземпляров, они способны сковать действия американских флотов и тем самым полностью разрушить концепцию их применения в локальных конфликтах. Именно поэтому я и утверждаю, что с глобальным доминированием американских военно-морских сл уже покончено.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Observer на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Комментарии

Подписка
avatar