В годы Второй мировой войны флоты воевавших сторон выставили обширные минные заграждения в акваториях морей и океанов. Это позволяло решать флотам широкий круг боевых задач путем нанесения противнику, как прямых потерь, так и косвенных. Закончилась война, однако морские минные заграждения продолжали нести свою «боевую вахту». За первые три года после окончания войны (1945-1948 гг.) на минах подорвались в европейских водах 406 судов и 29 кораблей. На наших морских и речных театрах в послевоенные годы сложилась исключительно тяжелая минная обстановка. Во время Второй мировой войны было выставлено более 145 тысяч мин и минных защитников на площади 22815 квадратных миль. Наиболее сложная минная обстановка была на Балтийском море. Силами КБФ, а также ВМС Англии, Германии и Финляндии здесь было поставлено свыше 79 тысяч мин и минных защитников, из них свыше 4000 составляли немецкие неконтактные мины (донные и якорные). Последние представляли наибольшую опасность на Балтике. Кроме того, особенностью минной обстановки на Балтийском море являлось наличие Гогландской и Нарген-Порккала-Уддской противолодочных минных позиций, созданных германским флотом в 1941-1944 гг. Здесь для вытраливания мин требовались специальные глубоководные тралы и мощные тральщики.

На Северном морском театре наш флот в годы войны поставил 2069 мин, а противник только в Белом и Баренцевом морях — 51883. В послевоенные годы минная обстановка в этом районе также была опасной. Минные заграждения имелись на подходах к важным базам и портам (Мурманск, Иоканка, Архангельск), куда заходило множество судов.

Общее количество мин и минных защитников, поставленных в ходе Великой Отечественной войны на Черном и Азовском морях, равнялось 20000. Из них 10845 мин были выставлены Черноморским флотом, остальные — немцами и их союзниками. Из указанного количества мин 2500 являлись неконтактными; имелось здесь около 7000 минных защитников, траление которых не менее сложно, чем траление мин. Количество мин, поставленных в зоне контроля Тихоокеанского флота, достигало почти 42 тысячи (советских, американских, японских). Кроме того, в Японском море, начиная с осени 1941 года, находилось очень большое число плавающих, сорванных с якорей контактных мин, представлявших серьезную угрозу для мореплавания.

Не менее сложная минная обстановка была в первые послевоенные годы и в нижнем течении Волги, на Днепре и других реках. Однако этот вопрос требует особого рассмотрения, и выходит за рамки данной статьи. Чтобы обеспечить бесперебойное и свободное судоходство на морских театрах СССР, Наркомат ВМФ, оценив создавшуюся минную обстановку, счел необходимым провести специальные мероприятия. В них, прежде всего, предусматривалось протралить и открыть для плавания размагниченных судов:

а) по Балтийскому морю — большой корабельный фарватер без ограничения осадки к 1 июня 1946 года;
судовой фарватер через Ирбенский пролив, с осадкой 10 м к 1 августа 1946 года;
б) по Черному и Азовскому морям — судовой фарватер через Керченский пролив для прохода судов с осадкой 6 м к 1 июля 1946 года; порты Азовского моря — в сроки, согласованные с наркомморфлотом;
в) по Тихому океану обеспечить плавание судов по фарватеру военных кораблей (ФВК) без проводки лоцманами во Владивостоке — с 15 апреля 1946 года; через пролив Лаперуза — с 1 мая, и в Петропавловск-Камчатский — с 15 мая 1946 года.
Расширить во всех морях СССР до 2 миль открытые для плавания фарватеры.

Для обеспечения траления Советское правительство предусматривало проведение наркоматами СССР мероприятий по материально-техническому обеспечению ВМФ тралами, агрегатами, кабелями, а также по оборудованию станций безобмоточного размагничивания (СВР) и контрольно-измерительных магнитных станций (КИМС). Кроме того, в соответствии с постановлением СНК в течение 1946 года восстанавливалась триангуляционная сеть в районах послевоенного траления, осуществлялось навигационное ограждение морских путей в Балтийском, Черном и Белом морях, в районах советского торгового мореплавания и рыболовства.

Следуя решениям Советского правительства, Нарком ВМФ в декабре 1945 года издал директиву, в которой поставил перед флотом и флотилиями следующие задачи по тралению на 1946 год: обеспечить безопасность плавания боевых кораблей по действующим фарватерам и на полигонах, предназначенных для проведения боевой подготовки надводными кораблями и подводными лодками.

В соответствии с этой директивой, и исходя из наличия тральных сил и средств, флоты разработали планы траления на 1946 год. Например, на Балтийском море предусматривалось:

— к 1 июня 1946 года открытие Большого Корабельного фарватера для плавания судов с любой осадкой от Кронштадта до ФВК Хельсинки-Таллин и от Таллина до выхода в Балтийское море, по действующему фарватеру Таллин-Ристна; к 1 сентября 1946 года траление и открытие для плавания судов с любой осадкой Большого Корабельного фарватера от ФВК Хельсинки-Таллин через Нарген-Порккала-Уд-дскую минную позицию до выхода в море;
— к 1 августа 1946 года открытие фарватера через Ирбенский пролив для прохода судов с любой осадкой;
— к 1 апреля 1946 года открытие для плавания южного входа в порт Либава;
— траление и открытие для плавания фарватера от подходной точки ФВК Свинемюнде до английского фарватера Треллеборг-Датские проливы;
— расширение подходных фарватеров к базам и портам Кронштадт, Таллин, Рига, Либава, Пиллау, Виндава, Мемель и Свинемюнде;
— траление и открытие фарватера для плавания судов в порт Висмар;
— уничтожение всех минных заграждений на Ладожском озере. Аналогичные планы траления на 1946 год были составлены на Черноморском, Северном и Тихоокеанском флотах.

Выполнение поставленных флотам задач по обеспечению безопасного плавания на морских театрах СССР потребовало от командиров, штабов и личного состава кораблей и соединений большого труда. Работы по тралению развернулись с началом кампании 1946 года. В них использовалось значительное количество тральных сил и средств.

Надо сказать, что траление на Балтийском море являлось наиболее сложным, так как здесь были выставлены комбинированные германские минные заграждения. При их создании использовались, как правило, разнотипные мины, выставленные с разным углублением и защищенные минными защитниками. Особенно насыщены минами были Гогландская и Нарген-Порккала-Уддская позиции. На этих сравнительно небольших акваториях на выходе из Финского залива стояло несколько тысяч германских мин, немецкие сетевые заграждения, значительное число минных защитников. Тральщикам Кронштадтского и Таллинского морских оборонительных районов приходилось с великим трудом пробиваться сквозь эти заграждения. И только к концу тральной кампании, в сентябре 1949 года, минное заграждение на рубеже Нарген, Порккала-Удд было ликвидировано полностью.

Траление по уничтожению минных заграждений на Балтийском море проводилось в тральном ордере, который строился, как правило, по следующей схеме. Первыми шли катерные тральщики (имеющие малую осадку) с облегченным тралом КТ, за ними, в протраленной полосе, следовали рейдовые тральщики с тралами, имеющими большую ширину захвата — МТШ, затем — морские мощные тральщики с тралами, составленными из тралящих частей нескольких тралов МТ-3, МТ-2. Замыкающими были 1-2 тральщика-вехостава, которые ограждали протраленный район специальными тральными вехами. Они же расстреливали из своей артустановки (калибра 37-45 мм) вытраленные и всплывшие на поверхность мины.

Для вытравливания мин с цепными минрепами применялись тралы с подрывными патронами. Траление контактных мин на Балтийском, да и на других морях, проводилось только в светлое время суток, поскольку существовала большая опасность подрыва на уже вытраленных минах. Если уничтожение минных заграждений, состоящих из контактных мин, при соответствующей подготовке тральных сил не требовало очень большого напряжения, то траление неконтактных мин представляло более сложную и трудоемкую задачу.

Неконтактные мины с взрывателем, срабатывающим от магнитного поля корабля, появились в первые годы Великой Отечественной войны. Они постоянно совершенствовались. Причем улучшались не только мины (они были донными, якорными и плавающими), но и неконтактные взрыватели, которые были вначале магнитными, затем индукционными, акустическими, а в конце войны — комбинированными. Взрыватели приходили в боевое положение через установленное время (прибор срочности) и через определенное количество его срабатываний (прибор кратности). Борьба с неконтактными минами была очень серьезной. Решением этой задачи, в частности, вопросом размагничивания кораблей и судов, занимались наши именитые ученые, в том числе И.В. Курчатов и А.П. Александров. По результатам работы ученых, по их рекомендациям на флотах были оборудованы станции безобмоточного размагничивания (СБР) и контрольно-измерительные магнитные станции (КИМС) для замера остаточного, после прохождения СБР, магнитного поля корабля (судна). Корабли и суда, магнитное поле которых было больше допустимых норм, в море не выпускались.

Однако чтобы ликвидировать опасность от неконтактных мин, их надо было вытралить. Первые тралы представляли собой небольшие баржи, загруженные металлоломом, которые буксировались деревянными (немагнитными) катерами-тральщиками типа КМ-4 или рыбацкими сейнерами. Магнитное поле таких тралов было настолько велико, что мины взрывались далеко от трала, в том числе и около тральщика. Тогда стали буксировать баржу на коротком буксире или у борта, лагом. В дальнейшем были сконструированы петлевые кабельные тралы ПЭМТ-3, ПЭМТ-4, которые создавали магнитное поле, подобное полю корабля от корабельного генератора, и разомкнутые тралы типа ТЭМ-5, ТЭМ-6. В разомкнутых тралах магнитное поле, идентичное полю корабля, создавалось при пропускании тока по проводнику, опущенному в морскую воду. Причем траление было эффективным только парой тральщиков. На Балтийском море для траления неконтактных мин использовались катерные тралы КЭМТ-2, соленоидные тралы СЭМТ-12, СЭМТ-24 и петлевые тралы ПЭМТ-3, ПЭМТ-4. Разомкнутые тралы в связи со слабой соленостью воды в море на Балтике применялись с дополнительным усовершенствованием электродов. Надо отметить, что буксировка неконтактных тралов проходила на малой скорости, несколькими (до 16 крат) покрытиями тральной полосы. Все это требовало огромного количества времени, затрат моторесурсов тральщиков, напряженной работы моряков. На Балтийском море боевое траление вели 100 тральщиков и 178 катеров-тральщиков.

На период проведения боевого траления (с мая по сентябрь), бригады траления и дивизионы тральщиков перебазировались в пункты маневренного базирования, находившиеся вблизи от районов траления. Так, при тралении Нарвского залива базовые тральщики базировались на Усть-Лугу, катерные тральщики — на Гакково. Пункты маневренного базирования развертывались и в Приморске, Усть-Нарве, Вирте и в других гаванях и бухтах Финского, Рижского заливов и Балтийского моря. Сюда доставлялись топливо, продовольствие, тралы и запасные части. Здесь тральщики укрывались от непогоды, проводили планово-предупредительный ремонт.

Если на Балтийском и Черном морях при проведении послевоенного траления проблема маневренного базирования тральщиков была решена вполне удовлетворительно, то на Северном флоте и на Тихом океане на этом пути встретились огромные трудности. Главная задача послевоенного траления на Северном флоте, например, состояла в ликвидации минной опасности на Северном морском пути. Однако там, в большинстве районов, не было ни портов, ни пунктов, ни причалов, куда могли бы зайти тральщики. В связи с этим пополнение запасов, ремонт производились на якорных стоянках, на необорудованных рейдах, в условиях частых штормов. Все это крайне усложняло траление на Севере.

В результате произведенных в 1946 году работ было закончено траление первой очереди Большого Корабельного фарватера от Кронштадта до ФВК Хельсинки-Таллин. 17 июня он был открыт для плавания. Гидрографическое управление ВМС 25 июня 1946 года сообщило: «Большой Корабельный фарватер открыт для плавания в светлое время суток от Кронштадта до фарватера Таллин — Хельсинки для всех размагниченных кораблей и судов торгового флота с любой осадкой, строго придерживаясь его оси. Плавание подводных лодок в подводном положении и покладка на грунт запрещается».

В том же году были протралены от неконтактных мин участки в Кронштадтском морском оборонительном районе (КМОР), в Таллинском морском оборонительном районе (ТМОР), гавань Петродворца, Таллинский рейд, бухта Палдиски и др. От контактных якорных мин были протралены в КМОР районы Финского залива, Ладожского озера; в ТМОР — фарватер Таллин-Ристна на ширину 3 мили и глубину 25-60 м; в Островном морском оборонительном районе (ОМОР) — подходной фарватер по Виндавским створам на ширину 2 мили и глубоководный фарватер в Ирбенском проливе. Моряки открыли для плавания порты Варнемюнде и Росток с подходными ФВК, Висмар с подходным ФВК, Заснитц и ФВК Свинемюнде-Заснитц, Южный вход в Либаву и внешний рейд, Штралъзунд и восточный фарватер к порту. Уничтожены были минные поля в Путцигском заливе.

Вместе с тральщиками Северо-Балтийского флота траление в 1946 году в Финском заливе (главным образом в Финских шхерах) производили тральщики ВМС Финляндии, как от неконтактных, так и контактных мин (около 200 тральщиков протралили в 1946 году в северной части Финского залива около 4000 кв. миль). Общее количество затраленных и уничтоженных мин и минных защитников на Балтийском море с 1 ноября 1946 года составило: неконтактных донных мин — 58 шт.; неконтактных якорных мин — 243 шт.; контактных якорных мин — 4837 шт.; противодесантных мин -94 шт.; минных защитников — 870 шт.

В целом, несмотря на большую работу, проделанную штабами тральных соединений и личным составом тральщиков, план траления на 1946 год на Балтийском море был выполнен не полностью. Сказались неблагоприятные погодные условия, особенно для катерных тральщиков, и трудности уничтожения минных заграждений на Нарген-Порккала-Уддской позиции, а также на линии Нарген-Аэгна в связи с наличием в их составе сетевых заграждений. Кроме того, тральщики Северо-Балтийского и Юго-Балтийского флотов нередко использовались не по прямому назначению (буксировали баржи с народнохозяйственными грузами, применялись как вспомогательные суда и т.д.). Слаба была и техническая база обеспечения своевременного ремонта тральщиков.

Такие же недостатки в первый год послевоенного траления были и на других флотах нашей страны. Гораздо лучше обстояло дело с тралением в 1947 году. Флоты подготовились к нему заблаговременно, приняли необходимые меры по ремонту тральщиков, укомплектованию их личным составом и т. д. В соответствии с задачами, поставленными Генеральным штабом Вооруженных Сил СССР на этот год по обеспечению безопасности плавания боевых кораблей и транспортов, главнокомандующий ВМС в декабре 1946 года дал указание военным советам флотов по планированию тральных работ. По контактному тралению: Тихоокеанскому, Черноморскому, Юго-Балтийскому и Северо-Балтийскому флотам уничтожить все без исключения контактные минные заграждения; Северному флоту — уничтожить все контактные минные заграждения, за исключением 2, стоявших в стороне от морских путей. По неконтактному тралению всем флотам, кроме Тихоокеанского, расширить протраленные фарватеры во все основные порты, проложить фарватеры во все малые порты и пункты, еще не открытые для плавания, уничтожить неконтактные минные заграждения, расположенные вблизи фарватеров.

В начале марта 1947 года в Главном штабе ВМФ был проведен сбор командиров соединений траления, флагманских минеров и начальников отделений траления штабов флотов и других специалистов. На нем были проанализированы причины, мешающие выполнению планов траления, намечены способы их устранения и методы контроля проводимых работ, рациональное использование тральщиков и т. д. Все это способствовало успешному решению поставленных задач. Планы траления на 1947 год флоты выполнили полностью. На Балтийском море контактным тралением было протралено 3391 кв. миля, на Черном — 1959 кв. миль, на Северном — 482 кв. мили.

Правда, площади, протраленные от неконтактных мин, продолжали оставаться незначительными — 84 кв. мили на Балтике, 110 кв. миль на Черном море, 51 кв. миля на Северном флоте. Это объяснялось тем, что, когда разрабатывалось «Наставление по тралению» (НТ-45), не были еще известны все элементы мин противника. Поэтому оно было составлено в расчете на максимальную гарантию вытраливания мин всех типов. В действительности оказалось не так. Потребовались совершенно новые приемы и методы работ. В дальнейшем, с получением более полных и точных сведений о неконтактных минах и типах их взрывателей, кратность неконтактного траления (число галсов, выполненных тральщиками с включенным тралом) стала выбираться с учетом этих данных. В целом за 1947 год флотами было уничтожено: Балтийским — 351 мина и 196 минных защитников, Черноморским — 331 мина и 10 минных защитников, Северным — 2, Тихоокеанским — 4 мины.

Анализ минной опасности на наших театрах показывал, что если на Тихом океане она практически уже к началу 1948 года перестала существовать, то на Балтийском, Черном морях и на Севере еще оставалась, и главным образом от неконтактных донных мин, контактных мин, поставленных или ставших по неисправности на большое углубление, а также от плавающих мин. Наличие минной опасности на этих морях и в связи с этим ограничение мореплавания вызывали большие непроизводительные простои и пробеги судов торгового флота (общая ориентировочная сумма убытков пароходств за 3 послевоенных года составила 150 млн. руб. и около 2 млн. руб. валюты).

Директивными указаниями главнокомандующего ВМФ по разработке планов траления на 1948 год предлагалось предусмотреть окончание всех основных работ с расчетом обеспечения к концу года, нормальных условий мореплавания. Эти флоты должны были завершить контактное глубоководное траление и приступить к тралению придонным контактным тралом для окончательного уничтожения якорных минных заграждений и ликвидации тем самым источников плавающих мин. После окончания глубоководного контактного траления предусматривалась отмена обязательного плавания кораблей и судов по фарватерам во всех районах, где не ставились неконтактные мины. В районах, где останутся невытраленные неконтактные минные заграждения, существующие ограничения условий мореплавания (т. е. обязательное использование протраленных фарватеров) сохранялись впредь до истечения срока