Конференция MESOC 2016 в Иордании

В период с 9 по 12 мая 2016 года в столице Иордании Аммане прошли XI выставка вооружения и военной техники для сил специальных операций (11th Special Operations Forces Exhibition, SOFEX 2016) и приуроченная ее открытию VIII конференция командующих силами специальных операций вооруженных сил государств Ближнего и Среднего Востока (8th Middle East Special Operations Commanders Conference, MESOC 2016). Выставка SOFEX и конференция MESOC проводятся, соответственно, с 1996 и 2002 годов с периодичностью раз в два года. Россия является их регулярным участником с 2002 года.

В этом году российская делегация включала представителей ОАО «Рособоронэкспорт», Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству, Министерства обороны Российской Федерации, Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, а также ряда российских средств массовой информации. От Центра анализа стратегий и технологий и издаваемых им журналов «Экспорт вооружений» и Moscow Defense Brief в работе выставки и конференции принял участие Максим Шеповаленко. Предлагаем вниманию читателей нашего блога его зарисовки с места описываемых событий.

Однодневная конференция MESOC 2016 прошла 9 мая, накануне открытия выставки, в столичном отеле Аммана Le Royal. Участники конференции числом около 750 человек представляли 54 государства мира со всех континентов, что вывело описываемое событие далеко за рамки регионального. Тон на конференции задавали западные спикеры, бэк-вокал обеспечивали представители государств Ближнего и Среднего Востока (причем из числа тех, что не участвуют активно в сирийском, иракском и йеменском конфликтах). Обратило на себя внимание отсутствие делегации Саудовской Аравии, что можно отнести на счет различия в подходах саудитов и иорданцев к охватившим регион вооруженным конфликтам.

Еще одним знаковым моментом стало обращение к аудитории командующего Объединенным командованием специальных операций вооруженных сил США (U.S. Special Operations Command, USSOCOM) генерала Рэймонда Томаса (General Raymond A. Thomas III): открывая свое выступление, он поприветствовал не только «друзей, коллег и союзников» (friends, colleagues, and allies), но и (невиданное дело) «вероятных противников» (potential adversaries). К числу последних он, по-видимому, отнес представителей России, Китая, Беларуси и, не исключено, Казахстана.

Министерство обороны России было представлено четырьмя старшими офицерами в звании полковника из состава центральных органов военного управления (что характерно – в синей повседневной офисной форме и тельняшке с полосами голубого цвета, но с нарукавным знаком Главного управления международного военного сотрудничества, который, как известно, с недавнего времени крепится на липучке) в сопровождении военного, военно-воздушного и военно-морского атташе при посольстве Российской Федерации в Иорданском Хашимитском Королевстве капитана 1-го ранга Александра Герасева. От МЧС России присутствовала делегация во главе с заместителем директора Департамента международной деятельности полковником в запасе Александр Томашов.

Министерство обороны Белоруссии направило для участия в работе конференции и выставки первого заместителя начальника генерального штаба вооруженных сил Республики Беларусь генерал-майора Сергея Куприка в сопровождении двух полковников – по одному от министерства обороны и сил специальных операций вооружённых сил Республики Беларусь

Делегацию военного ведомства Казахстана возглавил первый заместитель министра обороны – начальник генерального штаба вооруженных сил Республики Казахстан генерал-полковник Сакен Жасузаков; она насчитывала с десяток старших офицеров в форме Аэромобильных войск цвета темной полыни с кантами и поперечными просветами с голубого цвета.

Столь же многочисленной была и делегация Народно-освободительной армии Китая – около десятка высших и старших офицеров. Делегации России, Беларуси и Казахстана заняли места по соседству в правой части зала, китайские военные расположились в его левой части. К нашим восточным соседям пристроился и сосед западный в лице военного, военно-воздушного и военно-морского атташе при посольстве Украины в Сирийской Арабской Республике капитана 1-го ранга Александра Галкина.

Конференция была посвящена актуализации места и роли сил специальных операций в получивших широкое распространение в последнее время асимметричных или гибридных военных действиях со значительной иррегулярной составляющей. Символично, что в этом году конференция прошла в канун 100-летия начала антитурецекого восстания в Аравии (араб. Al-Thawra al-`Arabiyya; англ. Great Arab Revolt) 1916-1918 годов, приведшего к образованию на Ближнем Востоке независимых арабских государств. Душой освободительного движения арабов тогда стал офицер британской разведки и прародитель современных «операторов» Томас Эдвард Лоуренс (Thomas Edward Lawrence) – легендарный Лоуренс Аравийский.

Конференция прошла в три пленарных заседания, в ходе которых аудитории были представлены восемь докладов командующих силами специальных операций (или лиц, их замещающих) Иордании, США, Австралии, Германии, Франции, Польши, Пакистана и Ливана. По понятным причинам, докладчики ограничивались констатацией прописных истин, лишь изредка углубляясь в предметную область и оставляя нюансы для кулуарного обсуждения. Ниже приводятся наиболее релевантные их высказывания по предмету дискуссии.

1. Командующий объединенным командованием сил специальных операций вооруженных сил Иордании бригадный генерал Аднан аль-Абади (Brigadier General Adnan Al Abadi, Commander, Joint Special Forces Command, Jordan) подчеркнул важность междисциплинарного подхода к непрерывному совершенствованию организационно-штатной структуры и наращиванию боевых возможностей сил специальных операций, указав на три главные области приложения усилий: военное образование, боевая и оперативная подготовка, межведомственное взаимодействие. В первых двух областях необходимо исходить из неизбежности комбинированного (огневого, функционального и морально-психологического поражения) воздействия противоборствующих сторон друг на друга в современных условиях. Третья область обусловливает необходимость привлечения высшего военно-политического руководства страны к синхронизации усилий всех силовых ведомств государства (в том числе по линии разведывательного обеспечения) в интересах проведения специальных операций.

2. Командующий Объединенным командованием специальных операций вооруженных сил США генерал Рэймонд Томас (General Raymond A. Thomas III, Commander, U.S. Special Operations Command) подчеркнул, что мир стал куда как сложнее и жестче, чем он был в эпоху холодной войны и биполярного противостояния. Одну из наибольших угроз представляет самоорганизация иррегулярного противника через социальные сети и использование им последних в качестве системы управления силами и средствами. Типовым сценарием стало использование внешними силами в своих интересах одной (или нескольких) из сторон во внутригражданском конфликте. В перспективе транснациональные негосударственные акторы (наподобие т.н. «Исламского государства») будут мигрировать в отдаленные регионы мира (как это имеет место в настоящее время в случае Бангладеш) через мутацию базового нарратива применительно к политико-социальной обстановке. Трансграничный характер угрозы, носителями которой являются негосударственные акторы, обусловливает необходимость региональных и двусторонних союзов государств в интересах обеспечения своевременного доступа сил специальных операций в передовые районы и исключения тем самым возможности создания противником безопасных зон (убежищ).

3. Начальник штаба Командования специальных операций вооруженных сил Австралии бригадир Шейн Гэбриэл (Brigadier Shane Gabriel, Chief of Staff, Special Operations Command, Australia) отметил, что в перспективе наибольшую сложность будет представлять проведение специальных операций против негосударственных акторов, действующих в районах с высокой плотностью населения и степенью его урбанизации, использующих системы управления и связи, альтернативные традиционным военным и обладающие трансграничной поддержкой. Конвергенция военных и невоенных способов борьбы с иррегулярными силами противника потребует в будущем расширения компетенций сил специальных операций.

4. Командир группы специального назначения вооруженных сил Пакистана генерал-майор Таир Масуд (Major General Tahir Masood, Commander, Special Services Group (SSG), Pakistan) отметил, что негосударственные акторы и акторы, спонсируемые отдельными государствами, все чаще прибегают к действиям силами неконвенциональных комбатантов (женщин и детей) с опорой на нетрадиционную инфраструктуру управления и связи. В связи с этим чисто военные методы борьбы с такими акторами теряют свою эффективность и требуют замены комплексными программами, включающими в том числе внешнеполитические (дипломатия, агентурная разведка) и внутриполитические (правоохранительная деятельность, информационная борьба и социальные программы) мероприятия. Что касается военной составляющей, то залогом успеха в борьбе с иррегулярным противником являются непрерывные высокоинтенсивные наступательные боевые действия с решительными целями, которые изматывают противника и, в конечном итоге, принуждают его к отказу от вооруженной борьбы. С сентября 2001 года и по настоящее время силы специальных операций Пакистана провели около 300 крупномасштабных контртеррористических и специальных операций, уничтожив несколько тысяч инсургентов и потеряв при этом 152 человека.

5. Командующий силами специальных операций вооруженных сил Ливана полковник Фади Кфури (Colonel Fadi Kfoury, Commander, Strike Operations Forces, Lebanon) изложил подробности ряда контртеррористических операций, проведенных ливанскими силами в 2001, 2007, 2008, 2013 и 2014 годах. Он подчеркнул важность обмена информацией с заинтересованными партнерами: Ливан, по его словам, в вопросах борьбы с иррегулярными вооруженными формированиями противника опирается на взаимодействие со спецслужбами «одного из государства Запада».

6. Начальник управления вооружения и технического оснащения Командования специальных операций вооруженных сил Франции (Colonel Andre Harivongs, Chief, Special Operations Capacities Development Division, Special Operations Command, France) обратил внимание аудитории на необходимость подготовки сил специальных операций к противостоянию не только иррегулярному противнику, но иррегулярным вооруженным силам государств, угрожающих международной безопасности (rogue states), без указания на принадлежность к таковым тех или иных конкретных субъектов международного права. В перспективе силам специальных операций предстоит действовать в контексте набирающего силу террора и насилия против хорошо оснащенного в техническом отношении противника в условиях сокращающегося военного и военно-технического преимущества. Совершенствование организационно-штатной структуры и наращивание боевых возможностей сил специальных операций будет нацелено на оснащение их новейшим (с учетом последних достижений научно-технического прогресса) вооружением, военной и специальной техникой (дальнобойное высокоточное оружие повышенного могущества, средства обнаружения, опознавания, управления и связи, индивидуальной защиты), повышение уровня знаний и готовности к действиям в непредвиденных условиях через освоение когнитивных технологий при одновременно поддержании базовых специальных навыков, усиление физической и психологической подготовки.

7. Доклад командующего силами специальных операций вооруженных сил Польши генерал-майора Петра Паталёнга (Major General Piotr Patalong, Commander, Special Operations Forces Command, Poland) зачитал подполковник Михал Цымбалиста (Lieutenant Colonel Michal Cymbalista). Он исследовал вопрос о рациональном соотношении в системе вооружения сил специальных операций маневренности и управляемости, с одной стороны, защиты и огневой мощи, с другой стороны, и пришел к выводу, что в зависимости от обстановки может быть востребовано любое из указанных свойств и каждое из них по своему ценно для командира. В связи с этим больший упор должен быть сделан на подготовку специалистов, которые смогут добиться необходимого синергетического эффекта в использовании штатных и приданных огневых и инженерно-технических средств. Одновременно докладчик сообщил аудитории о том, что в обозримом будущем в вооруженных силах Польши – наряду с существующими тремя видами (сухопутные войска, ВВС и ВМС) и межвидовым оперативно-стратегическим объединением (ССО) – будет образован пятый компонент. Им станут войска территориальной обороны (Национальная гвардия), также призванные решать ряд специальных задач.

8. Командующий силами специальных операций вооруженных сил Германии генерал-майор Даг Бэр (Major General Dag Baehr, Commander, Special Operations Command (KSK), Germany), в отличие от своего французского коллеги, без обиняков обозначил две основные угрозы в контексте «гибридной (асимметричной) войны»: Россия (как государственный актор) и т.н. «Исламское государство» (как актор негосударственный). Он также обозначил три ключевых фактора (strategic enablers), предуготовляющих успех/неуспех в действиях сил специальных операций: время (Time), реализующееся через скорость, маневренность, гибкость и планирование (Speed, Agility, Adaptability and Direct Planning); информацию (Information), добываемую силами и средствами агентурной, войсковой, специальной и технических видов разведки (Intelligence, Surveillance and Reconnaissance) и территорию/пространство (Terrain/Space), предопределяющие пространственный размах военных (боевых) действий, оперативную (боевую) устойчивость, порядок и способы развертывание сил и средств в районы оперативного (боевого) предназначения (Outreach Capabilities, Sustainability and Force Projection). При этом решающая роль принадлежит информационном фактору, поскольку господство в информационном пространстве предопределяет и превосходство над противником во времени и пространстве физическом. По мнению докладчика, «гибридная война», в принципе, не является чем-то принципиально новым: прямое военное вмешательство регулярных вооруженных сил, разведывательные, разведывательно-диверсионные и специальные действия сил специальных операций, психологические операции, информационное противоборство, политические и экономические санкции, дипломатические переговоры – всё это имело место и ранее, но только на современном этапе всё перечисленное выше выстроилось в систему хорошо спланированных и координируемых действий. И если страны Запада, по оценке докладчика, всё еще пребывают на уровне тактики в плане реализации концепции «гибридной войны», то Россия уже подняла ее на высоту оперативного искусства.

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Observer на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Комментарии

Подписка
avatar
wpDiscuz