Советские радиомины Ф-10 и их использование

После начала Великой Отечественной войны советские мины Ф-10 все чаще стали наносить урон противнику. Эта объектная радиоуправляемая мина была предназначена для подрыва особо важных объектов, решение на разрушение и ликвидацию которых нельзя было принять в обычном порядке, а также в момент оставления данной местности войсками Красной Армии, но которые подлежали уничтожению лишь при наступлении особых обстоятельств. Многие подробности по минированию различных объектов и административных зданий остаются неизвестными до сих пор.

При отступлении советских войск из различных городов специальные отряды саперов готовили к подрыву здания, в которых с большой долей вероятности могли разместиться штабы крупных немецких армейских соединений, общежития, офицерские гостиницы и столовые, кинотеатры или склады. В крупных городах страны специалисты НКВД тайно проводили минирование административных зданий. Советские минеры начали использовать подобные «сюрпризы» уже с самого начала войны. Фугасные заряды подрывались при помощи мин Ф-10 с помощью радиосигналов, такие мины приводили к крупным разрушениям в глубоком тылу немецких войск. Наибольшую известность получили подрывы таких мин в оставленном советскими войсками Киеве и Харькове в 1941 году.

Объектная радиоуправляемая мина Ф-10

Согласно немецким описаниям, которые были составлены после встречи с советскими радиоминами Ф-10, данная мина представляла собой 8-ламповый радиоприемник, оснащенный 30-метровой проводной антенной, которая была упакована в металлический кожух. Первоначально немцы считали, что эти мины поставлялись в Советский Союз из США, но это была ошибочная информация, мины действительно были советскими. Вплотную к приемнику объектной радиомины располагалась 12-вольтная аккумуляторная батарея, которая соединялась с приемником при помощи кабеля. По внешнему виду и размерам батарея и приемник были схожи, однако приемник на верхней панели имел не один, а два соединительных разъема. Батарея и приемник вместе укладывались в прорезиненный герметичный мешок, из которого выходило 5 линий (4 для присоединения к электродетонаторам зарядов взрывчатки, одна для антенны). Помимо блока управления и аккумуляторной батареи, в мешке могла быть установлена специальная мина-ловушка натяжного действия, которая должна была сработать при попытке его развязать.

Восьмиламповый блок управления мины мог принимать и декодировать специальный радиосигнал. После принятия сигнала выдавался электрический импульс, который активировал детонаторы. При использовании вместе с миной специального разветвителя число подрываемых детонаторов можно было существенно увеличить. Фактически подобной миной можно было подорвать на расстоянии любое количество взрывчатых веществ, причем мина могла быть расположена не рядом с зарядом взрывчатки, а на расстоянии до 50 метров от него.

Блок управления миной с разветвителем или без него вместе с аккумуляторной батареей хранился в прорезиненном мешке. При постоянной работе устройства аккумуляторной батареи хватило бы на 4 дня, чтобы поддерживать мину Ф-10 во взведенном состоянии. Лампы, которые использовались в мине, потребляли значительный объем электроэнергии, поэтому на больший срок используемых батарей не хватало. Однако советские инженеры сумели решить данную проблему, существенно продлив срок работы мины. Для этого к радиолампам было подключено часовое реле, которое периодически их просто отключало. Благодаря такому решению, время активного состояния радиомины удалось увеличить в 5-10 раз, теперь все зависело от заданных периодов включения/отключения радиоламп. При этом радиосигнал, который должен был вызвать взрыв, должен был не прерываться достаточно долгое время, для того чтобы объектная мина смогла его уловить.

На расстоянии от 0 до 40 метров к мине с помощью кабеля была подключена 30-метровая проводная антенна, которая укладывалась под достаточной небольшой (до полуметра) слой грунта, камня, кирпича или воды. При этом проводная антенна должна была быть уложена в горизонтальном или близком к горизонтальному положении и обязательно направлена в ту сторону, откуда должен был поступить сигнал активации мины. Несложно догадаться, что во всех случаях проводные антенны мин Ф-10 смотрели приблизительно в восточном направлении.

Стоит отметить, что на корпусе лампового приемника были нанесены римские цифры. Эта маркировка указывала длину волны, на которой работал данный блок управления. К примеру, приемник, на котором было нанесено число XXXIV, работал на частотах 413,8—428,6 кГц. Приемники, на которых были нанесены числа больше XVIII, предназначались для осуществления особо удаленных управляемых взрывов, обладая повышенным уровнем чувствительности.

Блок управления объектной мины Ф-10 (слева), справа — аккумулятор

В качестве радиопередатчика для инициирования управляемого взрыва могли использоваться военные радиостанции дивизионного, корпусного или армейского звена. Согласно официальным советским данным, на 22 июня 1941 года РККА располагала радиостанциями оперативного звена РАТ, обладавшими выходной мощностью 1 кВт и дальностью связи порядка 600 км; радиостанциями РАО-КВ, обладавшими выходной мощностью 400-500 Вт и дальностью связи до 300 км; радиостанциями РСБ-Ф, обладавшими выходной мощностью 40-50 Вт и дальностью связи до 30 км. Все три перечисленные радиостанции работали в диапазоне волн от 25 до 120 метров, то есть использовались короткие и средние волны.

Стоит отметить, что идея организации управляемых взрывов с помощью специальных радиомин доказала свою эффективность и оказалась реализуемой на практике. В то же время опыт управляемых взрывов осени 1941 года показал и самый существенный недостаток подобных мин — простоту и надежность их блокировки, а также продемонстрировал ограниченный срок боевой службы. Данные мины находили ограниченное применение и были эффективны за счет внезапности и незнания немцев о технических особенностях и возможностях советских радиоуправляемых мин. Со временем немцы сумели выявить их главный недостаток, самое уязвимое место — радиопередачу команды подрыва, также они узнали перечень возможных радиочастот. Как результат, достаточно оперативно были сформированы специальные подразделения, которые отвечали за постановку радиопомех в захваченных гитлеровцами городах. Вторым важным недостатком был ограниченный срок использования объектных радиомин — не больше 40 суток, что существенным образом ограничивало применение подобных мин по времени.

История применения радиомин в годы Великой Отечественной войны

Впервые в мировой военной истории радиоуправляемые мины были использованы уже 12 июля 1941 года на Северном фронте. В этот день были подорваны три радиоуправляемых фугаса мощностью по 250 кг тротила каждый, расположенные в поселке Струги Красные в Псковской области. Мины были установлены ротой специального минирования в трех подвалах крупных зданий поселка еще перед отходом советских войск. 12 июля шифрованные радиосигналы на подрыв радиомин были отправлены с расстояния 150 км по указанию подполковника Б. Бычевского, который являлся начальником инженерных войск фронта. Сигнал был отправлен из глухого уголка Гатчинского лесопарка. Подрыв заложенных мин был приурочен к тому дню, когда минированные здания и дворы уже были заняты немцами. Через двое суток после осуществления взрывов летчики сфотографировали с воздуха Струги Красные. Бычевский писал, что на снимках можно увидеть огромные воронки и развалины на месте домов, в которые были заложены радиоуправляемые фугасы.

На Западном фронте в начале войны действовало 4 отдельных взвода специального минирования. К примеру, взвод лейтенанта Николаева устанавливал управляемые мины в городе Ржеве. Взвод лейтенанта Н. Батурина прошел путь от Днепра в районе Рогачева до Московской области. На шоссе между городами Белым и Нелидово, в устоях мостов, а также на участках дорог, проходящих среди болот, он установил порядка 10 радиоуправляемых мин с мощными фугасными зарядами — менее 3 тонн взрывчатки не закладывали. В результате их подрыва немцы понесли потери, а образовавшиеся на месте взрывов большие воронки затрудняли перевозку войск и грузов в этом районе. Взвод Батурина также заложил два радиофугса в здании двухэтажной школы поселка Дорохов в Подмосковье. Одновременный их подрыв разрушил здание и похоронил под ним порядка 100 немецких солдат. Еще три взвода специального минирования действовали в составе Юго-Западного фронта.

Одними из самых известных управляемых взрывов стали взрывы на Крещатике и прилегающих к нему улицах украинской столицы. Здания, расположенные на центральной улице Киева, начали взрываться примерно в полдень 24 сентября 1941 года (немецкие войска вошли в городе 19 сентября). Мины детонировали не все сразу, а по очереди, с определенной периодичностью. Из-за многочисленных бутылок с зажигательной жидкостью, которые хранились на чердаках и крышах зданий (они оказались там в ходе подготовки Киева к уличным боям), в городе возникли сильные пожары, которые продолжали полыхать вплоть до 28 сентября. Взрывами была уничтожена жандармерия, полевая комендатура, офицерская гостиница, кинотеатр, склад радиоприемников и множество других городских зданий. Точное количество немецких солдат и офицеров, которые стали жертвами данной диверсии, неизвестно по сей день.

22 октября 1941 года подобная диверсия удалась и в оккупированной румынскими войсками Одессе. В 17:45 здесь было взорвано здание НКВД, расположенное на улице Маразлиевской (тогда Энгельса). В этом здании находился штаб 10-й пехотной дивизии 4-й румынской армии, а также румынская военная комендатура. Здание много раз достаточно тщательно осматривалось и немецкими, и румынскими саперами, так как оккупационные власти Одессы несколько раз предупреждались предателями о том, что оно было заминировано советскими войсками. Однако саперы так и не смогли найти оставленных «сюрпризов», в результате 22 октября здание взлетело на воздух вместе с находившимися в нем румынскими офицерами. Под развалинами бывшего здания НКВД в Одессе навсегда остались многие офицеры штаба 10-й румынской пехотной дивизии, а также военный комендант города — командующий данной дивизии генерал Ион Глогоджану.

Об общем уровне нервозности, который испытывало немецкое командование в связи с радиоуправляемыми взрывами осенью 1941 года, говорит и такое признание немецкого маршала Эриха фон Манштейна, которое он привел в своей послевоенной книге «Утерянные победы»: «… вообще, в то время приходилось проверять все здания, нет ли в них заложенных мин замедленного действия, так как в Киеве немецкий штаб, а в Одессе румынский погибли именно от таких мин».

При этом одним из самых известных эпизодов использования советских радиоуправляемых мин во время Великой Отечественной войны стали управляемые взрывы, который был произведены в Харькове в ноябре 1941 года. Еще в середине октября 1941 года, когда передовые части немецкой 6-й армии вели бои на подступах к городу, в подвале большого административного здания, расположенного на улице Дзержинского, советские саперы старшего сержанта Н. Сергеева из оперативно-инженерной группы полковника И. Г. Старинова установили очень мощный фугас с прибором Ф-10, основная масса взрывчатки (около 350 кг) находилась на глубине 5 метров. Для того чтобы ввести немецких саперов в заблуждение сверху на глубине двух метров была установлена обыкновенная мина замедленного действия.

Заняв 25 октября 1941 года Харьков, немецкие саперы практически сразу же приступили к его разминированию. С 30 октября ими было обнаружено 37 различных мин, 14 из которых обезвредили, а 23 взорвали на месте. 12 ноября они обнаружили и мину, которая располагалась в подвале дома №17 по улице Дзержинского. Это был так называемый «дом Хрущева», который построили в 1930-х годах для работников ЦК Компартии Украины. Правда, найденная и обезвреженная немецкими саперами мина была заложена лишь для отвлечения их внимания. Обнаружив и обезвредив ее, гитлеровцы успокоились и проморгали радиоуправляемую мину. 13 ноября в обследованный саперами дом въехал начальник гарнизона Харькова, командир 68-й пехотной дивизии генерал-майор Георг фон Браун. Информация об этом через партизан и подпольщиков была передана командованию Юго-Западного фронта.

Примерно в 4 часа утра 14 ноября Харьков разбудил страшной силы взрыв — это взлетел на воздух особняк на улице Дзержинского. Дом и его новоиспеченный квартирант — Георг фон Браун были уничтожены, вместе с немецким комендантом города под развалинами дома погибло более десятка гитлеровцев из штаба 68-й дивизии. В ту же ночь в городе была взорвана промежуточная опора Холодногорского виадука. Радиоуправляемые мины были приведены в действие сигналом, поступившим от мощной радиостанции, развернутой в Воронеже, на удалении более 500 километров от эпицентра взрывов.

Стоит отметить, что из 315 мин замедленного действия, которые установили в городе саперные подразделения из состава 5-й и 27-й железнодорожных бригад, противник сумел обнаружить только 37, 23 из которых они вынуждены были подорвать, смирившись с неизбежным в таком случае повреждением железнодорожных путей. Помимо этого в Харькове и его окрестностях было подорвано много автомашин и несколько поездов. Взрывы в тылу немецких войск сеяли панику и наносили гитлеровцам ощутимый урон. Не смогли захватчики воспользоваться и харьковскими аэродромами, которые обладали совершенными на тот момент времени бетонными взлетно-посадочными полосами. Взрывы мин замедленного действия на стоянках самолетов, а также мощных осколочных мин на летном поле и в ангарах вывели харьковский авиаузел из эксплуатации, немцы не могли использовать аэродромы Харькова вплоть до поздней весны 1942 года.

Некоторые мины, которые были установлены в годы войны, оказались забытыми на десятилетия. Так в 1981 году, перед проведением XXVI съезда КПСС, в ходе проверок московских зданий на предмет возможных диверсий в здании Госплана, расположенном на Охотном Ряду (сегодня это Госдума РФ), под слоем штукатурки был найден детонирующий провод немецкого производства образца 1930-40-х годов. Прибывшие на место происшествия саперы обнаружили, что провод вел к нескольким сотням килограммов взрывчатки, которая была в свое время заложена под фундаментом дома еще в 1941 году. Разминирование здания продолжалось порядка 10-12 дней.

Второй громкий случай с обнаружением мощных зарядов также связан с Москвой. В июле 2005 года в российской столице снесли гостиницу «Москва», здание еще довоенной постройки. 10 июля того же года примерно в 14:30 из потайных замурованных ниш, расположенных в подвальных помещениях гостиницы, были извлечены ящики времен Великой Отечественной войны, в ящиках находилось 1160 кг тротила. Вполне возможно, что взрывы в обоих указанных зданиях должны были быть инициированы радиоуправляемой миной Ф-10. При этом ответить на вопрос, остались ли в российской столице заминированные еще в 1941 году объекты, которые в итоге не были разминированы до сегодняшнего дня, не представляется возможным.

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Комментарии

Подписка
avatar
wpDiscuz