«Харриер» в бою: Фолкленды-1982, начало

Дискуссии о роли самолетов вертикального взлета и посадки (СВВП) весьма популярны. Стоит только появиться подходящей статье для обсуждения данного класса авиации, как споры разгораются с новой силой. Кто-то пишет о том, что СВВП являются пустой тратой времени и денег, иные считают, что носители СВВП вполне могли бы заменить авианосцы с самолетами горизонтального взлета, а кто-то всерьез настаивает на том, что будущее пилотируемой авиации именно за СВВП и что в условиях масштабного конфликта, в котором крылатые ракеты уничтожат аэродромы, только СВВП и будут способны продолжать войну в воздухе. Кто прав?

Не претендуя на истину в последней инстанции, автор попытается найти ответ на этот вопрос в анализе роли СВВП в Фолклендском конфликте 1982-го года, где «грудь на грудь» сошлись ВВС Аргентины, представленные самолетами обычного, горизонтального взлета и несколько десятков британских «вертикалок» — «Харриеров». Бои при Фолклендах следует считать прекрасной иллюстрацией возможностей СВВП против классической авиации, поскольку:

1) в воздухе встретились самолеты примерно одного технического уровня. «Миражи» и «Даггеры» почти ровестники «Харриеров», правда, «Супер Этандар» пошел в серию на 10 лет позже британской «вертикалки», что в известной степени компенсировалось отнюдь не поражающими воображение ТТХ этого детища сумрачного французского гения;

2) подготовка пилотов если и различалась, то отнюдь не в разы. Вероятно, британские пилоты все же были лучше, но аргентинцы вовсе не являлись «мальчиками для битья», они дрались отчаянно и профессионально. Ничего похожего на избиение иракских младенцев, каковое учинила авиация МНС во время воздушной операции «Бури в пустыне», над Фолклендами не происходило: свои победы и аргентинцы, и англичане буквально выгрызали у противника в ходе ожесточенной борьбы;

3) и, наконец, соотношение численности. Формально авиация Аргентины превосходила британскую в соотношении примерно 8 к 1. Но, как будет показано ниже, техническое состояние самолетов и удаленность континентальных аргентинских аэродромов от района конфликта привела к тому, что никогда за все время боевых действий аргентинцы не смогли бросить в бой против англичан сколько-нибудь превосходящие воздушные силы. Ничего похожего на небо Югославии, где несколько МиГ-29 пытались как-то противостоять сотням самолетов НАТО, не происходило.

Но не СВВП едиными… По мнению автора, Фолклендский конфликт 1982 года совершенно уникален и способен подсказать ответы на множество интереснейших вопросов. Это и действия подводного флота в современной войне, и палубная авиация против берега, и попытка отражения атаки превосходящего флота силами более слабого, но с опорой на ВВС сухопутного базирования, а также применение противокорабельных ракет и умение боевых кораблей противостоять последним. И все же самым интересным уроком является эффективность действий крупного флотского соединения, выстроенного вокруг авианесущих кораблей — носителей СВВП. Так давайте же рассмотрим, чего смогло и чего не смогло добиться 317-е оперативное соединение Королевских ВМС Великобритании, основу которого составляли носители «Харриеров»: авианосцы «Гермес» и «Инвинсибл».

Безусловно, истоки конфликта, его начало — захват Фолклендских (Мальвинских) островов аргентинцами, формирование и отправка британских экспедиционных сил, коим вменялась в обязанность вернуть упомянутые острова под длань британской короны и освобождение британцами Южной Георгии, являются превосходными темами для вдумчивого исследования, но сегодня мы опустим это и перейдем сразу к утру 30 апреля 1982 года, когда британская эскадра развернулась в так называемой зоне TRALA, расположенной в 200 милях к северо-востоку от Порт-Стэнли.

Силы сторон

Как известно, англичане объявили, что с 12 апреля 1982 года любой аргентинский боевой или торговый корабль, оказавшийся на расстоянии 200 миль от Фолклендских островов, будет уничтожен. Зона TRALA располагалась практически на границе указанных 200 миль. Полагали ли британцы, что нахождение вне объявленной зоны боевых действий спасет их от аргентинских атак? Сомнительно. Здесь скорее сыграли роль совсем иные, куда более прагматичные соображения.

Дело в том, что Фолклендские острова представляли собой не просто провинциальный, но совершенно забытый богами уголок Ойкумены. Самое крупное поселение (Порт-Стэнли) едва насчитывало полторы тысячи жителей, а остальные селения редко имели хотя бы 50 человек. Единственный бетонированный аэродром был слишком мал, чтобы принимать современные боевые реактивные самолеты, другие же аэродромы и вовсе были грунтовыми. Все это говорило о том, что британцам не следует серьезно опасаться аргентинской авиации, базировавшейся на Фолклендских островах.

И действительно, размещенные там силы были тем еще паноптикумом. Основу воздушной мощи Фолклендских островов составила авиагруппа с гордым названием «Эскадрона Пукара Мальвинас», имевшая в своем составе 13 легких турбовинтовых штурмовиков «Пукара» (уже в ходе боевых действий на Фолкленды было переброшено еще 11 машин этого типа). Эта гордость аргентинского авиапрома изначально разрабатывалась для действий против партизан в конфликтах низкой интенсивности и полностью удовлетворяла этим требованиям. Две 20-мм пушки, четыре 7,62-мм пулемета, 1620 кг максимальной боевой нагрузки и скорость в 750 км/ч вкупе с бронированной снизу кабиной были неплохим решением проблем, которые могли создать небольшие группы людей, вооруженные легким стрелковым оружием. РЛС для этого воздушного воина посчитали излишней, так что единственной системой наведения бортового оружия являлся коллиматорный прицел. Данной эскадрильей силы аргентинцев не исчерпывались. Кроме «Пукара Мальвинас», имелась еще целая дюжина аппаратов с крыльями. Шестерка Эйрмачи МВ-339А являлись учебными реактивным самолетами, которых в первый и последний раз за всю их историю попытались использовать в качестве легких штурмовиков. Они были чуть быстроходнее «Пукары» (817 км), не имели встроенного вооружения, но на внешних подвесках могли нести до 2 тонн боевой нагрузки, а РЛС на них также отсутствовала. Завершали список аргентинских ВВС Фолклендских островов 6 учебно-боевых самолетов «Ментор Т-34». Боевую ценность этого двухместного одномоторного винтового самолета максимальным весом меньше двух тонн, способного развить аж 400 км максимальной скорости, воистину трудно недооценить.

И все же даже такая авиагруппа обладала для аргентинцев известной полезностью: самолеты могли быть опасными для диверсионных групп, которые англичане планировали высаживать, да и попытка атаковать с низких высот основной десант англичан могла доставить неприятности. Аргентинские самолеты также могли стать грозным противником для британских вертолетов, но, самое главное, несмотря на отсутствие радаров, они все же могли вести морскую разведку и выявлять местоположение британских кораблей, что было для англичан крайне нежелательно. Ведь вслед за легким штурмовиком-разведчиком могли пожаловать «Даггеры» и «Супер Этандары» с материковых баз.

Раз на Фолклендах появились военные авиабазы, значит, должна была быть и система ПВО, призванная эти базы прикрывать. Аргентинцы изобразили нечто подобное, и можно смело утверждать, что противовоздушная оборона островов была под стать их воздушной «мощи»: 12 спаренных 35-мм «Эрликонов», несколько 20- и 40-миллиметровых зенитных орудий, переносные ЗРК «Блоупайп», 3 пусковые установки ЗРК «Тайгеркэт» и даже одна батарея «Роланд». Воздушную обстановку в радиусе 200 км освещала РЛС «Вэстинхауз AN/TPS-43» размещенная в Порт-Стэнли. Правда, холмы и горы оставляли многочисленные мертвые зоны, но все же это было лучше, чем ничего.

В целом несложно заметить, что силы ВВС и ПВО, которые аргентинцы развернули на Фолклендских островах, с точки зрения военного искусства и уровня техники 1982 года были даже не то чтобы слабыми, а откровенно ничтожными и очевидно нуждались в поддержке ВВС с материковых баз. Вот только чем могла быть оказана такая поддержка?

В списках ВВС и ВМС Аргентины числилось порядка 240 боевых самолетов, но в жизни дела обстояли значительно хуже, чем на бумаге. Всего в Аргентину было поставлено 19 (по другим данным, 21) самолетов «Мираж IIIEA» и 39 израильских самолетов типа «Даггер» (в том числе 5 учебных), однако, по имеющимся данным, на начало конфликта боеспособными из них были только 12 «Миражей» и 25 «Даггеров». Хуже того, по некоторым данным (А. Котлобовский, «Применение самолетов Mirage III и Dagger»), в боях приняло участие не больше 8 «Мираж IIIEA» и всего лишь девятнадцать «Даггеров».

Тут, конечно, возникает справедливый вопрос: а почему это Аргентина, ведя войну с Великобританией, не бросила в бой все имевшиеся в ее распоряжении силы? Ответ, как ни странно, лежит на поверхности. Дело в том, что взаимоотношения южноамериканских стран никогда не были безоблачными, и Аргентине следовало принять во внимание, что, пока она воюет с Англией, кто-то может увидеть для себя шанс и нанести удар в самый неподходящий для аргентинцев момент… К началу Фолклендского конфликта чилийцы сосредоточили крупные воинские контингенты на аргентинской границе, и это могло быть отнюдь не дипломатическим жестом: война с Чили закончилась совсем недавно. Штабисты Аргентины прямо указывали на возможность совместных действий Чили и Англии, такой вариант (одновременного вторжения чилийцев и высадки британского десанта на Фолклендах) считался вполне вероятным. Именно по этой причине наиболее боеспособные аргентинские сухопутные части, такие, как 1-я механизированная бригада, 6-я и 7-я пехотные бригады, не были отправлены на Фолкленды, а остались на материке. В этих условиях желание сохранить часть авиации для противодействия Чили выглядит вполне понятным, хотя ретроспективно данное решение следует признать ошибочным. Да и если бы британский десант на Фолклендах встретился с цветом аргентинских сухопутных сил, сражения могли бы стать куда более ожесточенными и кровавыми, чем они были в реальности. К счастью, этого не случилось, ну, а мы вернемся к авиации.

Точное количество «Скайхоков» также определить весьма затруднительно, данные источников разнятся, но, судя по всему, их было по спискам около 70-и. Часто встречается общая цифра 68 либо 60 машин в ВВС и 8-10 «Скайхоков» в морской авиации. Однако боеспособными из них к началу военных действий было всего 39 (в том числе 31 самолет ВВС и 8 самолетов ВМС). Правда, аргентинским техникам в ходе боевых действий удалось поставить в строй еще 9 машин, так что всего могло принимать участие в боях порядка 48 «Скайхоков». Неладно было и с французскими «Супер Этандарами». Иной раз в составе ВВС Аргентины на начало войны указывается 14 машин этого типа, но это неверно: Аргентина действительно заключила контракт на 14 таких самолетов, вот только до конфликта с Англией и сопутствующего ему эмбарго в страну попало лишь пять машин. Причем одну из них сразу поставили на прикол, дабы использовать в качестве склада запасных частей для четырех других самолетов — в силу того же эмбарго иных источников получения запчастей у Аргентины не имелось.

Таким образом, к началу военных действий поддержку Фолклендам могли оказать 12 «Миражей», 25 «Даггеров», 4 «Супер Этандара», 39 «Скайхоков» и — чуть не забыл! — 8 легких бомбардировщиков «Канберра» (заслуженные ветераны воздуха, впервые самолет этого типа поднялся в воздух аж в 1949 году). Боевая ценность «Канберр» к 1982 году была ничтожной, но все-таки долететь до британских кораблей они могли. Всего получается 88 самолетов.

Нет, разумеется у Аргентины были и другие боевые машины «с крылышками» — те же «Пукара» существовали в количестве не менее чем 50 единиц, еще имелись «замечательные» MS-760A «Парис-2» (учебно-тренировочные самолеты, в определенных условиях способные выполнять роль легкого штурмовика) в количестве порядка 32 машин, и еще кое-что… Но проблема заключалась в том, что все эти «Пукары»/«Парисы» попросту не могли действовать с континентальных аэродромов, от которых только до Порт-Стэнли требовалось лететь 730-780 километров. Они и не действовали — всю тяжесть боев с англичанами несли на своих крыльях «Миражи», «Канберры», «Супер Этандары» и «Даггеры», а также те легкие «Пукары»/«Менторы»/«Эйрмачи», которые удалось базировать на аэродромах Фолклендских островов.

Таким образом, к 30 апреля, даже с учетом таких раритетов, как «Ментор Т-34» и «Канберра», аргентинцы могли отправить в бой с англичанами не более 113 воздушных машин, из которых боевую ценность имели только 80 «Миражей», «Даггеров», «Супер Этандаров» и «Скайхоков». Это, конечно, совсем не 240 боевых самолетов, о которых упоминает большинство обзорных статей, посвященных Фолклендскому конфликту, но даже и такие цифры в теории обеспечивали аргентинцам подавляющее превосходство в воздухе. Ведь перед началом боев англичане располагали всего лишь 20-ю «Си Харриерами» FRS.1, из которых 12 базировались на авианосце «Гермес» и 8 на «Инвинсибл». И потому вполне понятно желание англичан держаться в 200 милях (370 км) за островами. Располагаясь более чем в 1000 км от континентальных аргентинских баз, британцы могли не опасаться массированных авианалетов на свое соединение.

Уступая аргентинцам в воздухе, британцы не слишком-то превосходили их в надводных кораблях. Наличие двух английских авианосцев против одного аргентинского в известной мере компенсировалось наличием у последних мощной авиации сухопутного базирования. Что касается прочих боевых кораблей, то за время Фолклендского конфликта в зоне боевых действий побывало 23 британских корабля класса «эсминец-фрегат». Но к 30 апреля их там находилось только 9 (еще 2 находились у о. Вознесения), остальные подошли позднее. В то же время ВМФ Аргентины располагал легким крейсером, пятью эсминцами и тремя корветами, однако, когда основные силы аргентинцев вышли в море, в готовности к морской баталии один из этих эсминцев оставался в гавани, вероятно, по техническим причинам. Потому к 30-му апреля четырем британским эсминцам и пяти фрегатам противостояли легкий крейсер, четыре эсминца и три корвета (иногда называемых фрегатами) Аргентины. Аргентинские корабли сильно проигрывали британской эскадре в возможностях ПВО: если 9 английских кораблей располагали 14-ю ЗРК (3 «Си Дарт», 4 «Си Вулф», 5 «Си Кэт» и 2 «Си Слаг») к которым стоило прибавить еще 3 «Си Кэт» расположенных на авианосцах, то 8 аргентинских кораблей имели 2 «Си Дарт» и 2 «Си Кэт», а их единственный авианосец не имел ЗРК вообще. Но зато ударные возможности противников были равны: все аргентинские эсминцы имели по 4 ПУ для ПКР «Экзосет», а два корвета из трех — по 2 (две ПУ с «Guerrico» были сняты и доставлены в Порт-Стэнли для организации береговой обороны). Общее количество ПУ «Экосет» аргентинской эскадры равнялось 20. Англичане, хотя и имели больше кораблей, но не все из них оснащались противокорабельными ракетами, так что к 30 апреля на кораблях 317-го оперативного соединения также насчитывалось 20 пусковых установки «Экзосет».

К сожалению, автору не известно, сколько ПКР «Экзосет» находилось в распоряжении флота Аргентины. Обычно источники указывают наличие пяти таких ракет, и вот почему: незадолго до начала войны Аргентина заказала у Франции 14 «Супер Этандаров» и 28 ПКР «Экзосет АМ39» для них. Но до введения эмбарго в Аргентину поступило только пять самолетов и пять ракет. Однако при этом упускается, что флот Аргентины, оснащенный ранней модификацией «Экзосетов» ММ38, имел какое-то количество таких ракет, которые, впрочем, не могли быть использованы с самолетов. Так что командующий британской эскадры не без оснований опасался того, что аргентинские корабли, подкравшись к его соединению, нанесут массированный ракетный удар.

Единственный класс кораблей, в котором англичане имели безусловное превосходство, — это подводные лодки. К 30-му апреля британцы смогли развернуть 3 атомохода: «Конкэрор», «Спартан» и «Сплендит». Формально на начало войны аргентинцы располагали четырьмя подводными лодками, из которых две являлись американскими ПЛ типа «Балао» военной постройки, прошедшими радикальную модернизацию по программе GUPPY. Но техническое состояние ПЛ было совершенно ужасным, поэтому одна из них, «Сантьяго де Эстро», была выведена из состава ВМФ в начале 1982 г. и не вводилась в строй, несмотря на войну. Вторую ПЛ этого типа, «Санта Фе» (о возможностях которой отлично говорит один-единственный факт: лодка не могла погружаться на глубину, большую, чем перископная), собирались выводить из состава флота в июле 1982 года. Но все же она приняла участие в конфликте, была подбита и захвачена англичанами в ходе операции «Параквейт» (освобождение Южной Георгии 21-26 апреля), и к моменту описываемых событий учитываться в составе ВМС Аргентины никак не могла.

Две другие аргентинские ПЛ были вполне современными германскими лодками типа 209, вот только одна из них, «Сальта», неожиданно выбыла из строя в самом начала 1982 года, стояла в ремонте и участия в конфликте не принимала. Соответственно, к 30-му апреля англичанам могла противостоять одна-единственная подводная лодка аргентинцев — «Сан-Луис» (тип 209).

Планы сторон

На 30 апреля в зоне конфликта находились два британских оперативных соединения: Task Force-317 под командой контр-адмирала Вудворта, включавшая в себя практически все надводные боевые корабли, и Task Force-324 (подводные лодки). Как уже было сказано выше, авианосцы, эсминцы и фрегаты TF-317 заканчивали дозаправку топливом и иную подготовку к боевым действиям в зоне TRALA, в 200 милях к северо-востоку от Порта-Стэнли. Подводные лодки TF-324 вышли в районы патрулирования на путях возможного следования аргентинских эскадр между материком и Фолклендскими островами. Не было только амфибийной группы с десантом — она едва покинула о. Вознесения, являвшийся ближайшей к району конфликта базой британских сил, но его от Фолклендских островов отделяло порядка 4 тысяч морских миль. Впрочем, отсутствие амфибийной группы ничему не мешало, поскольку задействовать ее на первом этапе операции никто не собирался.

Силы англичан в районе Фолклендов были весьма ограничены и никак не гарантировали обеспечения масштабной десантной операции. Исправить это можно было двумя способами: обеспечить контр-адмирала Вудворта мощными подкреплениями или радикально ослабить аргентинское воинство. Британцы выбрали и то, и другое, а потому еще до сосредоточения амфибийной группы на исходных позициях предполагалось:

1) силами стратегических бомбардировщиков КВВС и палубной авиации вывести из строя аргентинские авиабазы на Фолклендских островах — «Мальвинские острова» и «Кондор». После этого базирование даже легких самолетов на Фолкледах становилось невозможным, и аргентинцам оставалось уповать только на авиацию с континентальных аэродромов. Англичане полагали, что с разгромом Фолклендских авиабаз господство в воздухе над островами перешло бы к ним;
2) маневрами флота, высадкой диверсионных групп и артобстрелами специально выделенных для этой цели кораблей убедить аргентинцев в том, что широкомасштабная десантная операция началась и тем самым вынудить аргентинский флот вмешаться;
3) разгромить аргентинский флот в морском сражении.

Англичане считали, что, добившись всего вышеперечисленного, они установят воздушное и морское господство в районе Фолклендских островов, создав тем самым необходимые предпосылки для успешной высадки десанта, и тогда конфликт не затянется.

Ретроспективно можно говорить о том, что британский план имел множество натяжек. Не то чтобы кораблям TF-317 стоило всерьез опасаться «Эскадрона Пукара Мальвинас», но, конечно, лишившись возможности проводить разведывательные полеты с аэродромов Фолклендских островов, аргентинцы многое теряли. Однако в составе их ВВС имелись самолеты, способные худо-бедно вести дальнюю воздушную разведку, а сами острова находились хотя и на пределе, но все же в досягаемости авиации с континентальных аэродромов. Поэтому запланированное уничтожение авиабаз не обеспечивало воздушного господства над оспариваемыми островами — его предстояло обеспечивать пилотам «Си Харриеров». Что касается уничтожения аргентинского флота, то очевидно было, что два десятка СВВП, которым еще нужно было прикрывать корабли флота от вражеских налетов, эту задачу решить не смогут хотя бы в силу своей малочисленности, а эсминцы и фрегаты в КВМФ для этих целей не предназначались в принципе. Так что едва ли не впервые за всю историю КВМФ основным средством разгрома главных сил противника должны были стать подводные лодки. Вот только возможных курсов, которыми аргентинская эскадра могла бы подойти к Фолклендским островам, было предостаточно, посему подводные атомоходы пришлось разворачивать среди весьма обширной акватории. Все бы ничего, но теперь собрать их вместе для совместной атаки аргентинских кораблей было весьма нелегко, а рассчитывать, что одна подводная лодка сможет уничтожить аргентинскую эскадру целиком, несколько наивно.

Тем не менее, несмотря на все натяжки, британский план следует признать логичным и вполне разумным. Да и с теми силами, которыми располагали англичане, вряд ли можно было бы придумать что-то более толковое.

Как ни удивительно, у аргентинцев нашелся свой «адмирал Макаров», ратовавший за наступательные действия, невзирая на то, что «Армада Республика Аргентина» (вне зоны действия сухопутной авиации) очевидно уступала своему противнику. Командующий аргентинским флотом контр-адмирал Г. Алльяра предлагал использовать единственный аргентинский авианосец на коммуникациях англичан (справедливо полагая, что там от его 8 «Скайхоков» будет больше пользы, чем от лобовой атаки на британское соединение). Также сей достойный муж предлагал перебазировать несколько надводных кораблей непосредственно на Фолклендские острова и быть готовым в преддверии неизбежного десанта превратить старые эсминцы в артиллерийские батареи в бухте Порт-Стэнли.

Но у аргентинского руководства были другие планы на флот: предполагая, что общее превосходство в силах будет за англичанами и не сомневаясь в выучке британских экипажей, аргентинцы пришли к выводу, что даже в случае успеха морских операций ценой их может стать гибель основных сил их флота. А он, этот флот, являлся важным фактором в расстановке сил южноамериканских государств, и терять его в планы политического руководства не входило. Поэтому аргентинцы избрали умеренно агрессивную тактику: предполагалось дожидаться начала масштабной высадки англичан на Фолклендские острова — и вот тогда, и только тогда, нанести удар всей мощью авиации сухопутного и палубного базирования, а при успехе (чем черт не шутит!) и надводными/подводными кораблями.

С этой целью аргентинцы и осуществили развертывание своего флота, разделив его на три оперативные группы. Основой морских сил Аргентины являлась оперативная группа 79.1 в составе авианосца «Вейнтисинко де Майо» и двух наиболее современных аргентинских эсминцев, практически полностью копировавших британский тип 42 («Шеффилд»), но, в отличие от британских аналогов, оснащенных 4 ПУ ПКР «Экзосет» каждый. Неподалеку от них шла опергруппа 79.2, включавшая в себя три корвета и предназначавшаяся для развития успеха, достигнутого палубной авиацией и самолетами сухопутного базирования. Впрочем, идея выделения корветов в отдельное соединение выглядела, мягко говоря, сомнительно: три кораблика менее 1000 тонн стандартного водоизмещения, не имевших ни одного ЗРК, и всего лишь 4 ПУ ПКР «Экзосет» на троих (особенно при отсутствии ракет) никак не могли угрожать британскому соединению. Единственная аргентинская подводная лодка «Сан-Луис» не входила в состав ни одной из этих оперативных групп, но должна была вместе с группами 79.1 и 79.2 атаковать англичан с севера.

Использование третьей и последней аргентинской оперативной группы (79.3) предполагалось исключительно в демонстративных целях. Входившие в нее легкий крейсер «Адмирал Бельграно» и два эсминца военной постройки «Аллен М. Самнер» (несмотря на оснащение эсминцев ПУ ПКР) призваны были оттянуть на себя атаки англичан и обеспечить тем самым беспрепятственную работу опергрупп 79.1 и 79.2. Ничего иного руководство «Армада Республика Аргентина» для опергруппы 79.3 не предполагало: прорыв допотопного крейсера типа «Бруклин» к британскому соединению на дистанцию эффективного артиллерийского огня не приснился бы аргентинцам и в наркотическом сне, употребляй они наркосодержащие препараты. Но вот для отвлечения внимания британцев 79.3 вполне годилось: отправив соединение южнее Фолклендских островов (в то время как 79.1 и 79.2 шли севернее) и с учетом относительно высокой живучести легкого крейсера, шансы оттянуть на него атаки британских палубных «Харриеров» выглядели вполне приличными, а наличие двух эсминцев, большие размеры, броня и 2 ЗРК «Си Кэт» на «Адмирале Бельграно» позволяли надеяться на то, что корабль сможет какое-то время держаться против таких атак.

Таким образом, к 30-му апреля стороны завершили развертывание и подготовились к масштабным боевым действиям. Пора было начинать.

Продолжение следует…

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Observer на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Комментарии

Подписка
avatar
wpDiscuz